ПЕЧАЛЬНЫЕ страницы истории отечественного торгового флота связаны с началом девяностых годов прошлого века, когда Черноморское морское пароходство (ЧМП) сначала распалось на осколки, а затем и вовсе перестало существовать. Понимаю, точка зрения, которую намерен высказать, не во всем совпадет с общепринятой. В отличие от многих, кто нынче витийствует о судьбах пароходства, мне в ту пору довелось работать в ЧМП, возглавлять один из управленческих департаментов, наблюдать воочию и анализировать знаменательные события.

Считаю, что причины развала отечественного флота носят более глубинный характер, нежели об этом принято судить. И дело отнюдь не в группе «злодеев», растащивших флот на части. В новом государстве, в новом социуме на смену прежним идеалам пришли новые ценности. В тех условиях огромная собственность, которую являл собой торговый флот, манила и привлекала многих. Уровень понимания проблем у людей, от которых зависело все, полагаю, находился где-то в пределах представлений о морском флоте ботаника-селекционера или успешного пчеловода.

Что происходило в те времена в ЧМП? Условия не были простыми. Флот медленно, но неуклонно старел. Но, главное, канули в Лету госзаказы, исходившие от некогда могущественных союзных организаций вроде «Экспортхлеба», «Продинторга», «Промсырьеимпорта»; последние «почили в бозе»... Требовалось изыскать новую грузовую базу, пересмотреть методы и стиль хозяйствования. В те времена существовала реальная возможность преодолеть кризис, наладить работу. И, прежде всего, ликвидировать практику, когда все работали по единой, ориентированной на союзную экономику схеме.

В этой ситуации последовал президентский указ о создании судоходного концерна «Бласко», который в итоге так и не был реализован, но которым иные дельцы от политики и экономики впоследствии воспользовались сполна. Все произошло, как у классика: «отобрать и поделить». Но это было позднее.

В пароходстве в начале девяностых исповедовали комплексный подход к решению актуальных проблем. Было подписано и в августе 1993 года вступило в силу соглашение с авторитетным концерном «Штинесс».относительно эксплуатации судов балкерного флота ЧМП. В домашнем архиве храню таблицы. Если взять среднюю эффективность 34 совместно отфрахтованных балкеров, то в период с октября 1993 года по июнь 1994 года она составила 7153 доллара в сутки, в то время как до этого цифра не достигала отметки в 5600 долларов.

Или ситуация с универсальным флотом ЧМП. Примерно в ту же пору было заключено соглашение о совместном отфрахтовании с известной компанией «Власко». Результаты? Если ранее теплоход «Академик Янгель» работал по ставке 3257 долларов США в сутки, то в период совместной эксплуатации этот показатель достиг отметки в 5200 долларов. Теплоход «К. Чирков» ранее трудился по ставке 1569 долларов в сутки, а после соглашения и семитысячный долларовый барьер не являлся для него пределом. Вот и спрашиваю, кому все это мешало?

На ЧМП начались информационные атаки. Последовали различные обвинения, сколь громкие, столь же беспочвенные, приезды высоких комиссий, в которых, как правило, не было ни одного флотского специалиста. Далее случилось то, что случилось. Флот поэтапно покинул родные причалы. Сделать это особого труда не представляло — в ходу было несколько схем с использованием оффшоров. Тот же бербоут-чар-тер — аренда с последующим правом выкупа. Словом, государство потеряло важный источник валюты, а тысячи моряков в одночасье лишились работы.

Роль сыграло и то, что не нашлось масштабной личности, способной противостоять жесточайшим штормам и бурям. Стоявший у руля ЧМГГПавел Кудюкин, которого, в конце концов, обвинили во всех грехах и осудили, безусловно, человек, знавший флотские проблемы, что называется, изнутри и обладавший удивительной работоспособностью,сделать этого не сумел. Думаю, что у него были проблемы с умением ориентироваться в политических веяниях как в столичных верхах, так и на местном уровне. Имелись у него сложности и в отношениях с морскими профсоюзами, которых вдруг стало несколько, вместо одного единственного, как в советские времена. Павел Кудюкин, случалось, окружал себя людьми, которые явно не подходили на роль советчиков и должностных лиц боровшегося за жизнь ЧМП.

Одесситы, которых интересуют те события, часто расспрашивают о личности Павла Кудюкина. Отвечу коротко: «стержень» в нем, безусловно, наличествовал, но вот гибкости явно не доставало. В отношениях с людьми казался доброжелательным, понимающим их проблемы. Иногда бывал грубоват. «Спасибо» сотрудникам говорил, но редко. Нынче, насколько мне известно, он сменил профиль деятельности.

Именно Павла Кудюкина и сегодня, случается, дилетанты от флотской риторики, выставляют этаким расхитителем, «разбазарившим» флот. Есть ли у этих сентенций что-либо общее с действительностью? Ничего. За период управленческой деятельности Павла Кудюкина флот, численность которого тогда-превышала 230 судов, потерял всего три парохода по причине ветхости. При сменившем его руководителе счет потерь пошел на десятки, хотя этот уважаемый господин в должности продержался около десяти месяцев. Троих последних начальников ЧМП уже можно было назвать «адмиралами без флота». Что же касается, собственно, де-рибана, то для меня не секрет, что более всего в нем преуспели те, кто громче других кричал: «Держи вора!». Хотя эта тема для отдельного разговора. И вообще, все это «дела давно минувших дней».

Вернусь ко дню сегодняшнему. Нынче, как ни печально это признавать, тема восстановления ЧМП переведена из практической реальности, скорее, в плоскость политическую. Говорят об этом чаще всего политики не слишком успешные, и, как правило, в преддверии очередных выборов. Слышать иные сентенции бывает одновременно и горько, и смешно. Например, обещание вернуть из оффшоров суда ЧМП.

Не знаю, какой степенью Наивности надо обладать, чтобы поверить в подобные россказни. Ведь каждый пароход уже давно и не единожды продан и перепродан, многократно сменил и имя, и хозяев, и флаг. В этом же ряду обещания популистов, щедрых на крылатые фразы и красивые слова типа немедленно развернуть масштабное строительство флота. Звучит это так же нелепо, как, скажем, обещания кухарки навести порядок в сфере развития нанотех-нологий. Из какой тумбочки, господа «обещалкины», вы деньги возьмете?

Хотелось закончить заметки на оптимистичной ноте, но, увы, веских оснований к этому не вижу. В восстановление национального флота верю. Только с той оговоркой, что это дело отдаленного будущего. Есть у нас и традиции судостроения, и соответствующая материальная база. А главное, наличествует воля людей, не равнодушных к судьбе флота.