В Сарате стрелки по тучам получают по 1 тыс. грн. в месяц и страдают от фермеров

На грани исчезновения оказалась служба активного воздействия на погоду в Одесской области, которая ежегодно спасает от уничтожения посевы и виноградники на юге региона. В плачевном состоянии этой уникальной организации мы убедились лично, побывав в Сарате, где и находится один из двух наших противоградовых отрядов (второй — в Бедгород-Днестровском районе). На территории подразделения царит разруха и уныние. В относительном порядке только склад для ракет и огневая точка с похожей на знаменитую «Катюшу» рельсовой пусковой установкой. Оружие в хорошем состоянии: видно, что за ним тщательно ухаживают. Но на этом, увы, позитив заканчивается. Большинство построек, в том числе радиолокационная станция, законсервированы и потихоньку превращаются в руины, повсюду заросли сорной травы, скрывающей груды мусора. В прежние времена в отряде работали 82 человека, которые обслуживали 15 пусковых установок, защищая огромную площадь в 260 тыс. ґа. Сейчас установок всего две (одна в Сарате, другая — в селе Розов-ка), а личный состав — 4 человека, включая командира. Этого с трудом хватает, чтобы прикрыть 500 га полей.

ОГОНЬ! ПЛИ! Когда мы попали в отряд, здесь кипела работа. Расположенный под Аккерманом радар засек облака, надвигающиеся на виноградники в нескольких километрах от Сараты. Тучи вот-вот могут разродиться градом, способньм в считаные минуты уничтожить урожай на сотнях гектаров! Штаб службы предупредил авиадиспетчеров, чтобы те убрали из сектора обстрела все военные и гражданские самолеты, после чего передал «градобой-цам» данные цели и время, когда надо стрелять. Установку заряжают 12-ю ракетами — каждая стоит $300—400 — и направляют ее в нужную точку неба. Счет пошел на минуты... Пожилой командир отряда Юрий Добряков бросается в будку с пультом управления, а его единственный подчиненный, взяв в руки топор, становится поодаль от готовой к бою махины. «Всегда есть опасность, что какая-то из ракет не взлетит, а упадет на землю и будет по ней туда-сюда бегать, станет «ползуном», — объясняет он. — Чтобы ее обезвредить, мне и нужен топор». Наконец поступает «добро» на применение оружия. Командир нажимает кнопку, и ракеты одна за другой устремляются в небо. Цель поражена! Доложив об успехе, Добряков рассказывает нам, что сейчас происходит внутри тучи: «Что такое град? В облаке, кроме воды, множество твердых частиц, в основном пыли. На такой частице намерзает вода и образуется ледяной кристалл — градина. Если кристаллов мало, то градины получатся большими и легко долетят до земли. Если их много, они останутся маленькими и растают в полете. Ракета, сгорая, распыляет йодированное серебро, которое способствует замораживанию воды и появлению огромного количества новых кристаллов. В результате облако «рожает» безвредный дождик». Иными словами, говорит Добряков, «градо-бойцы» не разгоняют облака, а изменяют их структуру. «Не все это понимают. Когда летом наступает засуха, нас терроризируют фермеры: мол, это мы уничтожили все облака и не даем пролиться дождю. Самые отчаянные угрожают поджечь или бульдозером сравнять базу. Слава богу, дальше угроз дело пока не доходило».

Но это — не главная проблема градобойцев. Служба хоть и находится на балансе у мин АПК, не получает ни копейки из бюджета. Сотрудничество с агрофирмами позволяет выплачивать мизерные зарплаты (около 1 тыс. грн. в месяц!), оплачивать комуслуги и аренду земли. На пополнение закупленного еще при Союзе боезапаса денег нет. А некогда забитый ракетами склад — почти пустой. «Мы за сезон тратим около сотни «изделий». Того, что осталось, нам хватит на следующее лето, потом, видимо, придется закрывать лавочку», — качает головой Добряков.

«В небе над Одессой — серебро»

Йодированное серебро не только обращает град в дождь, но и вызывает у тучи «преждевременные роды», заставляя небесную воду выливаться раньше, чем без активного воздействия. Это позволяет, например, использовать этот реагент для «разгона облаков» во время крупных праздников. В таких случаях серебро обычно распыляют с самолетов – это самый эффективный и дешевый способ. Но единственный специализированный авиаотряд, действовавший в Днепропетровской области, ликвидировали еще в 1990-х, поэтому в Украине безоблачное небо не делают даже в столице на День независимости.

В принципе, хотя оно и дорого, можно использовать установки, подобные той, что мы видели в Сарате, да жаль при нынешнем состоянии службы это невозможно физически. «Последний раз нас привлекали для таких целей в 1994 году на 200-летие Одессы, — вспоминает Юрий Добряков. — Мы поднапряглись, стянули к городу все наличные установки — а их в те времена в обоих отрядах было больше 30 штук, — и справились с задачей. Но мэрия так и не заплатила нам за работу, после чего мы зареклись сотрудничать с городской властью. А сейчас даже если бы захотели, не смогли: четыре установки огромный город никак не защитят. Можно, конечно, привезти еще все 10 крымских, но, думаю, и этого не хватит».

УБРАЛИ ТУМАН С КРАСНОЙ ПЛОЩАДИ

Кстати, в ОНУ им. Мечникова утверждают, что первенство в науке об активном воздействии на погоду принадлежит не кому-нибудь, а нашим землякам. Так, профессор вуза Валериан Федосеев еще в 1930-х провел серию опытов по осаждению облаков. Он разработал метод, основанный на использовании сильного гигроскопического (поглощающего воду) реагента — хлористого кальция. На практике разработку Федосеева применили во время одного из парадов на Красной площади в 1936 году. Самолеты распылили над Кремлем хлористый кальций, добившись полного исчезновения тумана, который препятствовал авиационной части военного праздника.

До 60-х годов прошлого столетия технологии борьбы с градом и туманом оставались практически невостребованными. Первую военизированную противоградовую службу создали в 1961 году в Грузинской ССР по инициативе профессора Георгия Сулаквелидзе, знаменитого еще и тем, что в годы Великой Отечественной он был в числе советских военных альпинистов, которые сняли нацистские штандарты с Эльбруса.