Ей за пятьдесят, она стоит в первом рыбном ряду и ее зовут Женя. Она продает черноморскую кильку и контрабандную дунайскую селедку. Ее глаза грустны и смешливы одновременно. Она левша. Поэтому ногти на пальцах левой руки срезаны, чтоб не повредить нежный рыбный продукт. Остатки красного маникюра на ногтях пальцев правой руки удобны для инкассации денег. В общем, с забавным говором и чувством юмора, она типичная одесситка больших роскошных форм.

Каждый раз, когда в Одессе, я прихожу на «Привоз» купить рыбу от Жени. Она дает секретную скидку. «Если кто-то узнает, что я продала кильку дешевле, то меня прибьют», — подмигивает Женя. Я ей верю, хотя подозреваю, что это стандартный развод приезжих. Но хочется любить добро.

Так вот, приезжаю давеча в Одессу и иду на «Привоз». Женя на месте. На стандартный вопрос: «Как вы поживаете?» — Женя неожиданно хватает в пригоршню мой шарф и тащит в овощные ряды. «Что это было?» — возмущаюсь я. «Чтоб мои конкурентки не слышали, — громко шепчет Женя. — Знаешь, мне до пенсии четыре года, — неожиданно Женя переходит на «ты». — Я учитель английского с запущенным целлюлитом. Муж давно удрал, слава Богу. Нового мужика искать бесполезно. У меня две дочки — младшая в школе, а другая второй раз не замужем. Вы там налоги поднимаете, квартплату взвинтили. Дороже газовой колонки только газовая камера. Чем жить?».

«Отпустите шарф, — осторожно прошу Женю. — Понимаете ли, в парламенте нас меньше, а их больше. А квартплата — вообще дело одесских властей». «Я поняла, что ты не при чем, — отворачивается Женя. — Все вы одной миррой мазаны. Нет, все-таки гляди, депутат, половину моей рыбы забирали рестораны до восьми утра. Теперь, с 1 апреля, им невыгодно — хотят юридическое лицо. Посмотри на мое лицо, разве оно похоже на юридическое?». «Ваше лицо изумительно, особенно родинка на правой щеке, практически Люся Гурченко, — я пытаюсь схохмить. — Но у вас наверняка есть хозяин, который занимается поставками. Быть может, он станет таким юридическим лицом?». «Откуда я знаю, — нервно отвечает Женя. — Хозяин дает план, а все, что сверх плана, мое. Что ж мне печать ставить на каждой селедке? Или в кильке кассовый аппарат держать?». — «Жаловаться просто, а какой выход?». Женя отвечает жестко: «Искать выход — твоя забота, депутат. За это мы тебе платим зарплату. Оставь все, как было. По крайней мере, для таких людей, как я».

В расстройстве чувств я все-таки купил кильку и дунайку от Жени. В тот раз скидку не просил. Но Женя все-таки скидку дала за прощальный поцелуй во вкусную одесскую щеку.

Все пять часов дороги от Одессы до Киева я думал, как поправить Женину жизнь. Даже попросил водителя напрочь выключить бубнящее радио. В результате я прокорпел четыре дня и 23 марта зарегистрировал проект Закона Украины №8289. Посмотрите на него внимательно на портале Верховной Рады.

Когда в следующий раз я встречусь с Женей на «Привозе», ее глаза будут светиться счастьем. Младшая дочь поступит в университет, старшая — опять выйдет замуж, а Женя будет руководить жлобом, который сегодня заставляет ее сутками стоять за прилавком.

Проект Закона Украины №8289 будет поставлен на голосование парламента в среду,

6 апреля 2011 года, в день оппозиции. Вряд ли пройдет. Но важен сам факт его рассмотрения. Я ведь обещал Жене с «Привоза». Не за скидку на кильку, а по понятиям. Ау, донецкие пацаны.