Первый заместитель министра обороны Владимир Можаровский представил в конце февраля издание «Белая книга-2010. Вооруженные Силы Украины», информирующее общественность о деятельности армии в прошлом году. Начиная с 2006 года, презентация «Белой книги» традиционно проходит в канун 23 февраля — Дня защитника Отечества. А буквально на днях на сайте МОУ появился и сам документ.

Книга состоит из шести разделов, где рассказывается об итогах развития ВСУ в прошлом году, их оснащении, подготовке, переходе на профессиональную систему комплектования, о социальном обеспечении военных, международной и миротворческой деятельности. Есть и вступительные слова двух нынешних главных военных страны. Важно их процитировать дословно, ибо без этого сложно понять, где заканчиваются сладкие мифы о том, что у нас есть кому защищать страну, и начинается правда о реальной ситуации в ВСУ.

Вооруженные Силы стабилизировались… в своем разрушении!

Итак, министр обороны Михаил Ежель отмечает: «Впервые за много лет финансирование армии осуществлялось ритмично и без задержек». И далее: «Наработки, начатые руководством Министерства обороны и Генерального штаба, дали результаты. В 2010 году было приостановлено разрушение армии, достигнута стабилизация. Обеспечено наращивание интенсивности боевой подготовки… На вооружение поступили современные образцы бронетехники и модернизированные летательные аппараты».

Преисполнен оптимизма и Начальник Генштаба — Главнокомандующий ВСУ генерал-полковник Григорий Педченко. Он подчеркивает: «2010 год ознаменовался для ВСУ переходом на качественно новую систему подготовки войск, удалось остановить негативную тенденцию снижения уровня их боеспособности». Ну, и так далее.

Попробуем разобраться, чем вызван подобный оптимизм, и есть ли вообще для него основания.

Начнем с оборонного бюджета. В «Белой книге» на сей счет приводятся, практически, исчерпывающие сведения. Причем, вводятся два интересных термина: минимально необходимая потребность и минимально-критический уровень обеспечения.

Так вот, нормативная потребность финансирования ВСУ на 2010 год составляла 30938,1 млн. грн. Учитывая экономическое состояние страны, Минобороны была определена минимально необходимая потребность (уровень выживания — авт.) — 19853,4 млн. Тем не менее, в бюджете на прошлый год ВСУ предназначалось лишь 12477,1 млн. грн., а фактически было выделено 10533,6 млн. (0,97 % от ВВП). Таким образом, армия получила 53% минимально необходимой потребности в средствах и только треть от того, что ей реально нужно.

Недолго думая, авторы «Белой книги» назвали этот позорный «бюджет» минимально — критическим уровнем обеспечения. Интересно, как теперь следует назвать бюджет ВСУ на 2011 год (11,4 млрд.), максимально-критическим или, минимально-летальным?

Давайте попробуем сравнить создавшуюся ситуацию с нашим соседом (кстати, имеющим территориальные претензии к Украине) — Румынией. Еще в апреле 2010 года министр обороны Румынии Г. Опря заявил, что Вооруженные Силы страны близки к «упадку», так как бюджет министерства в 2010 году является неудовлетворительным. Министр подчеркнул, что в 2010 году бюджет Минобороны составил 1.31% от ВВП, в то время как на момент присоединения к НАТО он был равен 2.3%. Эту ситуацию и само румынское военное руководство назвало «практическим дефолтом армии».

Между тем, на фоне Украины военные финансовые дела Румынии выглядят просто блестяще. На протяжении последних нескольких лет Украина тратит на финансирование армии в среднем 0,8 процента ВВП в год. В то время как Румыния «деградировала» с 2,3% до 1,3% от ВВП и уже старательно наращивает финансирование, несмотря на кризис.

Мы же загоняем армию в нищенское существование, а министр обороны при этом еще и радуется, что выделение милостыни ВСУ «впервые за много лет осуществлялось ритмично и без задержек»!

Теперь несколько слов о том, что, как уверяют руководители военного ведомства, в 2010 году было приостановлено разрушение армии, достигнута стабилизация, удалось остановить негативную тенденцию снижения уровня боеспособности войск.

Стоит напомнить (да и «Белая книга» об этом говорит), что Государственной Программой развития ВСУ на 2006‑2011 годы предусматривалось увеличить число боевых частей на 8%, количество обновленных и модернизированных вооружений и военной техники — до 22%; полностью перейти на цифровые средства связи и автоматизировать систему управления ВСУ; увеличить вдвое основные показатели боевой подготовки, перейти к 100‑процентному комплектованию личного состава военнослужащими по контракту, освободить личный состав от исполнения функций по охране военных городков и продовольственному обеспечению, избавиться от излишнего войскового имущества. Предполагалось, что все эти меры должны были увеличить боевой потенциал ВСУ при уменьшении их численности больше, чем на 40%.

Не получилось…

Спасибо хоть на том, что те, кто писал «Белую книгу», честно информируют нас о «результатах» «развития» ВСУ: не завершена оптимизация систем управления ВСУ (до сих пор нет Единой Автоматизированной Системы Управления); не удалось выйти на необходимые показатели обновления вооружений и техники (за годы выполнения Госпрограммы модернизировано только 8 боевых самолетов (из 55 запланированных), не выполнены мероприятия по обновлению 21 и покупке одного зенитно-ракетного комплекса С-300, двух самолетов АН-70 и 14 радиолокационных станций «Пеликан»). Остается низким уровень исправности большинства самолетов (24%), вертолетов (36%), кораблей и судов обеспечения (7%).

Фразы «не удалось», «не получилось» — рефрен проведенного анализа. Тем не менее, его авторы опять проявляют завидный оптимизм. Так, издание отмечает: «На протяжении прошлого года сделаны действенные шаги по техническому переоснащению и обновлению вооружения и войсковой техники Вооруженных Сил».

Что же это за «действенные шаги», если уровень исправности основных боевых средств ВВС и ВМС, который мы привели выше, столь ничтожен?

Оказывается, что результатом проведенной в течение года работы было обновление около 3000 образцов военной техники, которые воздействуют на боевую готовность войск. В том числе: 26 самолетов разного типа, 11 вертолетов; 12 кораблей, катеров и судов обеспечения; 120 образцов ракетно-артиллерийского вооружения; 41 образец бронетанкового вооружения и техники; 290 единиц автомобильной техники. Продолжен ресурс двух ЗРК С-300 ПС.

Обратите внимание: речь конкретно идет лишь о 500 единицах военной техники, причем, 290 из них — автомобили (шины там поменяли, что ли?) из 3000 обновленных.

А что же собой представляют остальные 2,5 тысячи? Приклады у автоматов подкрасили, или штык-ножи наточили?

Попробуем разобраться конкретно, каким вооружением располагают ныне ВСУ?

Вооружения и техника — музейные реликвии

Чем будут воевать сухопутные войска украинской армии? В их основе — танковые и механизированные бригады. Они имеют на вооружении: танки Т-64Б, Т-64БМ, Т-72, Т-84 «Оплот»; боевые машины пехоты и десанта БМП-1, БМП-2, БМП-3, БМД-2; бронетранспортеры БТР-60ПБ, БТР-70, БТР-80; бронированные тягачи МТЛБ; боевые разведывательно-дозорные машины БРДМ-2. Всего у Украины сейчас порядка 700 танков всех типов.

Почти все это — наследство СССР. Новыми можно назвать Т-64БМ «Булат» (56 единиц, заказано в 2009 году еще 29, в 2010 году на вооружении отдельной танковой бригады в Черниговской области был 61 «Булат») и украинские танки Т-84 «Оплот» (10 единиц). Но «Булат» — танк на основе разработки 60‑х годов танка Т-64. На нем заменили двигатель 5ТДФ на двигатель 5ТДФМ мощностью 850 л. с., установили новый воздухоочиститель с увеличенным расходом воздуха для питания двигателя, и дорабатывают выпускную систему. Также устанавливается новый комплекс управления огнем и усилена бронезащита.

Ладно, будем считать, что этот танк — «новый». Но главное ведь не это, а перспективы поступления техники в войска. «Булатов» всего 60. Программа принятия «Оплотов» остановлена из-за отсутствия средств. Минобороны не может выкупить даже 10 танков, уже произведенных ПО «Завод имени Малышева».

У сухопутных сил есть также ракетные части, вооруженные старыми системами «Точка» и «Точка-У» с дальностью пуска 70‑120 км. Комплексы 9К72 «Скады», с дальностью до 300 км с вооружения сняты (их вывели из боевого состава ВСУ и второй год успешно «режут» на металлолом по украино-американской Программе уменьшения угрозы, подписанной еще при президенте Кравчуке — авт.), что, понятно не позволяет нанести удар вглубь территории потенциального противника, по важным объектам инфраструктуры и коммуникациям. Максимум — можно наносить ракетные удары по вторгнувшимся на нашу территорию войскам.

По сути, Украина лишилась «оружия сдерживания». Хотя ВПК и разработал новый многофункциональный ракетный комплекс «Сапсан» с дальностью 280 км, он ничего не решает — финансирования нет.

Украинская артиллерия имеет на вооружении стволы хорошие и надежные, но еще советского производства: это 122 мм самоходная гаубица 2С1 «Гвоздика»; самоходная установка 120 мм 2С9 «Нона-C»; 152 мм самоходная гаубица 2С3 «Акация»; 152 мм самоходная гаубица 2С19 «МСТА‑С»; 152 мм САУ 2С5 «Гиацинт»; 203 мм САУ 2С7 «Пион»; 152 мм гаубица Д-20; 152‑мм гаубица «Мста-Б»; 152‑мм гаубица «Гиацинт-Б»; 120 мм минометы 2С12 «Сани» и 122 мм гаубица Д-30; противотанковые 100 мм орудия Т-12 и МТ-12 «Рапира». Единственное «новшество» для систем залпового огня БМ-21 «Град», 9К57 «Ураган», 9К58 «Смерч» состоит в том, что их… переустанавливают с «Уралов» на «КрАЗы».

Теперь — об авиации. Главный вопрос: сколько из украинских машин способны подняться в воздух (о налете летчиков, т. е. об уровне их подготовки — разговор особый)?

Как тут не вспомнить визит Виктора Януковича в июле 2010 года в авиационную бригаду в Крыму (тогда, как помним, оказалось, что из 20 самолетов в воздух может подняться только один или два).

Кстати, эти тенденции начались не вчера. Еще в 2008 году Ющенко на заседании СНБО заявил, что при существующих объемах финансирования до 2014 года Украина может потерять военную авиацию. И привел данные: из 112 истребителей лишь 31 способны выполнять боевые задачи, из 24 фронтовых бомбардировщиков — только 10, из 12 самолетов разведки — 6. За прошедшее время ситуация, если вспомнить крымский случай, разве что усугубилась, и серьезно.

ПВО в составе ВВС имеет на вооружении: ЗРК «Бук-М1, ЗРС С-300В1, ЗРК С-300ПС, ЗРК С-200В. Также имеются комплексы беспилотной воздушной разведки ВР-2, «Стриж» и ВР-3, «Рейс». Все — советского производства, требует глубокой модернизации, а перспектив ее не наблюдается.

И совсем тяжело говорить о флоте. Здесь, пожалуй, самая худшая ситуация. После раздела ЧФ СССР в 1997 году мы получили довольно значительное наследство — более 70 кораблей и судов. Однако, на сегодняшний день, большинство из этих единиц списано и разобрано. В настоящее время украинские ВМС располагают 30 боевыми кораблями и судами обеспечения, 4 противолодочными самолетами и 8 противолодочными вертолетами, 39 танками, 178 боевыми бронированными машинами и 66 артиллерийскими системами калибра свыше 100 мм, а также береговой батареей ПКРК. Но боеспособными являются не более 20% ВМС. А по кораблям и судам обеспечения, по данным той же «Белой книги», эта цифра не превышает 7%.

Проведем несложный арифметический расчет: 7 процентов от 30 составляет аж 2 корабля. Правда, книга утверждает, что в 2010 году «возобновлена готовность фрегата «Гетьман Сагайдачный», корветов «Тернополь» и «Хмельницкий», завершается ремонт корабля управления «Донбасс», подводной лодки «Запорожье». В мае 2011 года ожидается выход этого единственного и эксклюзивного подводного корабля Украины на ходовые испытания и введение его в боевой состав ВМС.

Ну и что? Украинские ВМС даже не способны вести патрулирование Красного моря (для борьбы с пиратством), т. к. оставшиеся на вооружении корабли, в основе своей — корабли ближней зоны, с автономностью не более 14 суток. Например, фрегат «Гетьман Сагайдачный» может дойти до Аденского залива, но ему для дальнейших действий необходимо сопровождение судами обеспечения (для дозаправки, пополнения запасов продовольствия и технической поддержки). Они у Украины были, но уже давно «распилены» или проданы.

Правда, принята программа строительства кораблей типа «Корвет», для защиты своей морской границы. Но вопрос в финансировании: деньги то обещают, то нет. Видимо, вскоре уровень украинских ВМС сравняется с грузинским. Мы будем получать бесплатно, или почти бесплатно списанные катера и корабли Турции, США и других стран НАТО.

«Белая книга» сообщает, что на вооружение ВСУ принято в прошлом году 17 новых образцов ОВТ. Наиболее значительные из них — модернизированный боевой самолет Су- 25 М1, учебно-боевой самолет Су-25 УБМ1, станция тропосферной связи Р-423‑1 МУ, комплексная аппаратная связи «Скиф-КАЗ», аппаратура передачи информации З-501 М. В течение 2010 года также закуплено 10 танков «Булат», которые пошли на вооружение отдельной танковой бригады на Черниговщине. Получено 18 автомобилей повышенной проходимости «КрАЗ» и десантные парашютные системы. И уж очень важно, что закуплено и принято на вооружение 37 пожарных автоцистерн.

В ближайшее время будут утверждены три целевые программы: программа развития самолета Ан-70, а также программы «Сапсан» и «Корвет». Об этом на презентации «Белой книги» заявил первый заместитель министра обороны Владимир Можаровский. «Из финансового ресурса, который имеют Вооруженные Силы, мы по минимуму найдем возможность финансирования, чтобы эти работы не останавливались», — сказал он.

Но, может быть, наш отечественный ОПК просто не в силах обеспечить украинскую армию достойным вооружением? Далеко не так! На прошедшей на днях в Абу-Даби выставке оружия наш танк «Оплот» вызвал настоящий ажиотаж. Не были обделены вниманием и другие образцы украинского оружия.

«90‑95 процентов общего объема производства на заводах украинского ОПК идет на экспорт, — заявил главный инспектор Министерства обороны Украины генерал Валерий Фролов. — Безусловно, что валютные поступления от продажи оружия являются существенными и достаточно необходимыми для государства. Не опровергая эту позицию, отметим: существующее критическое состояние образцов вооружения и военной техники украинской армии требует совсем другого отношения».

Фролов также констатировал, что за последние 19 лет на вооружение принято лишь 93 новых и модернизированных образцов вооружения и военной техники, которые были созданы на отечественных предприятиях оборонно-промышленного комплекса. Главный инспектор Минобороны отметил: это незначительный показатель. «При этом количественный показатель всего объема новейшего и модернизированного ОВТ сегодня не превышает 10%; остальные 90% являются морально и физически устаревшими», — сказал Фролов.

* * *

Конечно, главная ценность любой армии, — ее солдаты и офицеры. Нет сомнения, что наши военнослужащие готовы в любой момент выступить на защиту Родины. Но, кроме патриотизма, нужно еще уметь стрелять, водить, летать, «ходить» по морям. А для этого нужна серьезная боевая подготовка. Как здесь обстоят дела?

По данным Минобороны, «в прошлом году удалось в среднем в два раза повысить уровень боевой подготовки различных видов и родов войск, провести масштабные командно-штабные учения, в которых приняли участие более 7000 военнослужащих. Начиная со второго полугодия 2010 года, в ВСУ вовремя выполнялись запланированные мероприятия боевой подготовки, что позволило по итогам учебного года вдвое нарастить налет летчиков армейской авиации, в 2,5 раза увеличить выходы в море кораблей».

Я, как офицер запаса, был бы рад поверить этим утверждениям «Белой книги», но, увы…

Нарастить налет вдвое против ничего и точно так же с «выходами в море» — это абсолютный ноль. Смею утверждать: если офицер на протяжении многих лет (а в нашем случае на протяжении двух десятилетий независимости) не занимался полноценно боевой подготовкой своих подчиненных, то научить их в дальнейшем чему-то дельному, естественно, на современном уровне, он просто не сможет. Поэтому не буду загружать читателя приведенными в «Белой книге» цифрами о количестве проведенных в прошлом году ротных тактических учений, стрельб взводов (они просто ничтожны) и т. д. Остановлюсь лишь на одной цифре: показатели выполнения планов подготовки водителей и механиков-водителей составляют… 10 процентов от плановых! То есть, попросту говоря, танками, БМП, БТР некому управлять!

Теперь возьмем, к примеру, уровень подготовки летчиков, что не менее важно, ибо ясно, что необученный летчик — не летчик. И здесь, увы, поводов для оптимизма нет. Средний налет летчиков в последние годы у нас в 30‑40 раз (!) меньше, чем у наших соседей, румынских пилотов, от которых требуют подготовки по критериям НАТО.

Ну, предположим, когда-нибудь оснастим мы армию суперсовременными самолетами. Какой будет толк от этого, если летчики не имеют практики!

И, буквально, пару слов о профессиональной армии. Несмотря на амбициозные планы в этом направлении, ныне контрактники составляют лишь около половины сержантского и рядового состава ВСУ. Ну, не хочет молодежь, по понятным причинам, идти в армию.

Уточню, причины эти могут быть «понятны» только в одном случае — когда государственность не состоялась. Если так, то армия как бы не нужна, и служба в ней не может быть почетна и престижна. У нас она как раз и не почетна, и не престижна. И то, что молодежь против нее «голосует ногами», это не приговор армии — это приговор государству.