Трудно представить, что в наше время десятилетних детей спускают в самопальные шахты-«копанки» для нелегальной добычи угля.

Но в Донецке такие дети, работая на свой страх и риск, зачастую становятся единственными кормильцами в семье. А на Херсонщине дети с двенадцати лет работают по двенадцать часов в поле в сорокаградусную жару, в результате получают копейки и рады даже этим мизерным сезонным заработкам.

Известен случай, когда новокаховский фермер завёз целый микроавтобус подростков с Западной Украины и буквально силой удерживал их на своей ферме. «Вгору» об этом писала (№6 (332) «Каховский рабовладелец арестован»). Детей, без денег и документов, разместили в бараке рядом с курятником. Они сами должны были готовить себе еду на одноконфорочной плите, спали, где придётся, и даже на полу. Если надсмотрщикам не нравилось, как дети работают – их штрафовали, урезая зарплату. В итоге, при первом расчёте «работники» получили больше долгов, чем денег. Надежда сбежать после первой получки растаяла, как мираж.

Но и это – не предел беззакония. В детский труд нередко примешиваются услуги сексуального характера. Несмышлёный мальчик, из Богом забытого села, зарабатывал копейки массажем, который он делал «дяде из города». Дядя делал массажисту подарки, а летом вывозил на море, где тот зарабатывал «по-настоящему», делая массаж «другим дядям». И подобные работодатели, даже при условии привлечения к админответственности, легко откупаются штрафом от 300 до 800 грн. Только в случае доказанного факта принуждения к работам, повлекшим травмы или смерть – их могут привлечь к уголовной ответственности и лишению свободы до пяти лет, но такие случаи исключительно редки.

За первые 8 месяцев 2011 года херсонский центр занятости принял на учет 30733 безработных, и это только официальная статистика. Большинство клиентов – работоспособные мужчины. Женщины чаще готовы работать неофициально, мириться с низкой зарплатой, бесперспективностью, ужасными условиями труда. Но вот где статистика действительно слепа – так это в сфере детского труда. Дети работают в полупреступных условиях, без какой-либо правовой защиты, и зачастую сами прикрывают своих рабовладельцев, в страхе потерять работу или просто боясь расправы. А тем временем чиновники и некоторые общественные деятели «не видят проблемы в том, что дети учатся жить».

Член правления Херсонского областного центра «Успішна жінка» и директор «Транзитно-реінтеграційного центру» для потерпевших от торговли людьми Анжела Литвиненко сейчас работает в проекте «Надання освітніх послуг та інших додаткових послуг в громадах с. Ст. Збур'ївка Голопристанського району та с. Обривки, с. Маслівка для дітей, які були задіяні у найгірших формах дитячої праці. Проект действует с апреля, и уже на первых этапах, на тренингах с преподавателями школ, руководством сёл, выяснилось, что треть участников за то, чтобы дети работали как можно больше и по возможности обеспечивали себя сами!

Точка зрения Анжелы Литвиненко: «Работая с раннего возраста, забывая об учёбе, не видя других перспектив, кроме выращивания животных или овощей, дети попадают в замкнутый круг – круг бедности. Оторванные от школы, они не получают образования, в результате не могут устроиться на нормальную работу, вынуждены в поте лица трудиться за копейки, сводить концы с концами в нищете. И такие «новые граждане» Украины, в свою очередь, не смогут обеспечить образование собственным детям. Замыкая «круг бедности» сейчас, мы способствуем обеднению экономики нашей и без того слабой страны в будущем».

Проблема детского труда касается не только сёл. Но именно тут она обнажается особенно остро. В селе, особенно если ребёнок растёт в неблагополучной семье, выбора практически нет: либо смириться с жизнью впроголодь в непротопленной хате с пьющими родителями и, наперекор судьбе, все силы вложить в учёбу, чтобы вырваться из оков нищеты; либо идти в поле или на ферму, соглашаясь на мизерную оплату, работать весь световой день с надеждой скопить на собственное хозяйство или, в крайнем случае, побег. И зачастую ребёнок выбирает последнее, тем более что работодателю это выгодно – дети не пьют, не курят и в работе соревнуются со взрослыми. Во многих многодетных сельских семьях считается совсем не предосудительным, если старшие девочки «выходят на трассу» для подработки.

Проект «Успішної жінки» охватывает всего 3 села, всего 50 неблагополучных детей, но это огромный шаг вперёд в проблеме слепого игнорирования прав детей. Первый этап работы с детьми проходил с мая по июнь нынешнего года: для них при школах были организованы дополнительные занятия по предметам, где нужно было наверстать упущенное перед экзаменами. С этим помогли преподаватели местных школ, которые бескорыстно проводили консультации. Психологи и участники проекта параллельно приложили немало усилий, чтобы разрушить так называемое «тоннельное сознание» ребят – при котором они не видят ни выбора, ни выхода, а движутся вперёд бессознательно, проживая день за днём механически, по часовой стрелке. Организованные «Успішною жінкою» курсы специальностей (столярной, кройки и шитья) вдохнули в детей новую жизнь. Мать одного мальчика, который решил участвовать в программе только ради дополнительной кормёжки, со слезами рассказывала, как сын вернулся с табуреткой, сделанной собственными руками. До этого она не верила в своё дитя, считала его безнадёжным бездарем, да он и сам, выслушивая лишь упрёки и оскорбления, уверился, что это так. И только на курсах понял, что на что-то способен, что может быть полезен и почувствовал силу.

В рамках программы дети выезжали на «Таврийские хутора» в Голой Пристани, где воочию увидели, как жили их предки, попробовали собственными руками сделать глиняный кувшин или выковать подкову. Такие впечатления очень редки для сельских подростков, которые и телевизор-то видят не часто.

Почему наши дети в наши дни растут обречёнными рабами? Многие отговариваются, что есть масса служб, вот пусть они и думают, меня эта проблема не касается. И проще отвернуться от ребёнка, торгующего креветками на пляже в палящий полдень, чем «о чём-то думать». Но МЫ живём в этой стране, и эти службы созданы нами. Если они не работают – значит, мы что-то сделали не так. Так, может, потому и отворачиваемся, что стыдно?