Так уж повелось в нашей бла­гословенной стране, что в неприятные новости мы ве­рим гораздо охотнее, чем в любой позитив. Есть даже такое правило: хорошие новости не продаются», это вам подтвердит любой, кто хоть сколько-нибудь связан с медиа.

Вот, скажем, недавно херсонцев «порадовали» ужасной историей о том, как на станции «Скорой по­мощи» закончился бензин. Причем традиционно сопроводили эту но­вость кошмарами: дескать, машины «Скорой» ездят только в единичных случаях на «тяжелые» вызовы, а в основном «103» предлагает горо­жанам добираться в больницу на троллейбусе. По мнению тех же комментаторов, городская власть традиционно «ничего не делает», а станция «Скорой помощи» неумоли­мо «гибнет». Некоторые СМИ даже сообщили о том, что «взяли про­блему на контроль», и лишь только их усилиями удалось предотвратить трагедию.

- Действительно, сложилась такая ситуация, что на 29 марта у нас в запасе оставалось около ста литров бензина, — рассказала мне главврач ССМП им. Ягофарова Валентина Курсина. — Естествен­но, для нужд «Скорой», которой требуется, минимум, 600 литров в сутки, этого явно недостаточно. Получилось так по простой и обще­известной причине: цена на топли­во за последние месяцы выросла почти на 20%, и ранее выделенных денег просто не хватило до конца квартала.

И вот здесь самое время сказать, что, вопреки расхожему мнению, совершенно невозмож­но просто так взять и дать кому бы то ни было бюджетные деньги, пусть даже в самых экстремальных ситуациях. Нынешняя тендерная система закупок, которая призвана защищать бюджетные деньги от всяческих злоупотреблений, иной раз парадоксальным образом ста­новится серьезной помехой для их эффективного использования. Во- первых, нужно немало времени для соблюдения всех формальностей. Но, самое главное, требования, которые должен исполнить победи­тель конкурса на поставку горючего, включают в себя множество усло­вий, среди которых — и требование о сохранении неизменной цены в течение 3-х месяцев. С учетом реалий нашего рынка, поставщик, как правило, не согласен на такие условия. В месяц «Скорой» требу­ется около 18 тонн бензина, и если цена существенным образом воз­растет, поставщик рискует вместо прибыли получить убытки. Вот и получается, что в тендере про­сто никто не хочет участвовать. А ведь для соблюдения всех правил нужен не один, а не менее двух желающих...

- Это серьезная проблема, — комментирует Сергей Черевко, заместитель городского головы, курирующий здравоохранение. — Мне, по сути, приходится буквально уговаривать поставщиков выставить свои предложения на конкурс. И делают они это неохотно, потому что продажа горючего на рознич­ном рынке для них много выгоднее и гораздо проще, чем работа с бюджетными деньгами.

Однако говорить о том, что «Скорую помощь» «бросили на про­извол судьбы», по меньшей мере, некорректно, утверждает Валентина Курсина:

- Мы собрались у С. Н.Черевко, обсудили эту ситуацию и нашли решение. Главные врачи других медицинских учреждений пошли нам навстречу, помогли в сложив­шейся ситуации. Нам передали топливо на 160 тысяч гривен для обслуживания станции «Скорой помощи» в течение апреля.

Помогли, чем смогли, и город­ские предприятия, и музыкальные школы, и даже сами горожане. Всем им врачи благодарны за оказанную поддержку. Но самое главное, что полноценная работа «Скорой» не прекращалась ни на минуту.

- Мы не допустили ни едино­го сбоя. Ежесуточно у нас было 250-290 вызовов, и все они были обеспечены. Мы ни одному граж­данину Херсона не отказал.і А разговоры о выездах только на какие-то «сложные случаи» и вовсе непрофессиональны: по телефону ведь не определишь, насколько серьезным симптомом может быть даже банальная тем­пература.

Сегодня дефицит горючего «Скорой» уже не угрожает. Тендер все-таки удалось провести, и до­говор на второй квартал — уже в процессе подписания. 24 бригады ССМП, ежесуточно работающие на линии, будут, как и прежде, выполнять свою нелегкую, но такую необходимую работу.

Скажу больше: у меня сложи­лось впечатление, что заминка с топливом — отнюдь не самая глав­ная из проблем «Скорой помощи», которые требуют своего решения.

Например, несмотря на стопро­центное обновление парка машин, служба по-прежнему нуждается в хорошей технике.

- В течение 4-х лет эксплу­атации наши автомобили почти полностью изнашиваются, хотя во­дители очень бережно относятся к санитарному транспорту, — говорит Валентина Курсина. — Но мы ста­раемся обеспечить необходимое обслуживание, 100 тысяч ежегод­но нам выделяют из бюджета на запчасти. Мэр в этом нам вЬегда помогает, и водители его очень любят. Действительно, без всяких прикрас, я говорю это искренне, потому что Владимир Василье­вич с большим уважением к нам относится. Он в курсе всех на­ших событий, знает наши нужды и проблемы, приезжает к нам и на праздники — День медработника, День автомобилиста.

Надо сказать, что основу сегод­няшнего парка ССМП составляют машины на базе «Газели», которые, конечно, никак не назовешь самы­ми комфортными автомобилями. А ведь очень важно, чтобы на этапе доставки сложных больных тряска и толчки им не повредили. Поэто­му врачи мечтают о современных, хорошо оснащенных машинах, хотя бы для специализированных бри­гад. Беда в том, что такая техника слишком дорога для нашего город­ского бюджета, а государство пока не торопится помочь, как, скажем, это было сделано в России.

Еще один вопрос, который пока не нашел своего решения, — не­хватка персонала. Валентину Ана­тольевну это беспокоит, пожалуй, сильнее всего:

- Это проблема не только наша, это проблема и Украины. Мы се­годня укомплектованы кадрами на 65%. Тому есть множество причин: заработная плата очень маленькая, жильем трудно обеспечить медра­ботников...

К тому же, по нынешним пра­вилам, врачи других больниц прак­тически лишены возможности по­могать своим коллегам на «Скорой помощи»:

Раньше у нас весь город под­рабатывал на станции «Скорой помощи». Но на сегодняшний день, к сожалению, у нас есть требова­ния по специальному сертификату для врачей неотложной помощи. И без него никакой, пусть даже самый лучший, специалист не мо­жет сесть в экипаж авто с красным крестом.

Насколько целесообразно было вводить такую систему — не мне судить, но, может быть, сегод­ня стоило бы еще раз вернуться к этому вопросу.» Вполне можно предположить, что снятие таких ограничений создало бы неплохие возможности как для «Скорой», так и для врачей.

Тем более, что главврач ССМП убеждена: «Скорая помощь» должна бескорыстно служить людям:

Вероятно, и в нашем городе может быть создана кЬкая-нибудь частная клиника «неотложной по­мощи». Но, возможно, я не тот менеджер, который в современ­ном мире должен возглавлять эту службу. • Скорая помощь» должна быть квалифицированной, бес­платной и доступной. Я в этом уверена, и это мое личное убеж­дение. Когда случается беда, не должен стоять вопрос о цене. Иной раз секунды решают все. Одно мгновение — и последствия могут быть очень тяжелыми. Повторюсь: не должен стоять вопрос о цене, и в критический момент человек должен брать в руки телефон, а не кошелек.

Так что любой херсонец, ко­торому понадобится «неотложка», может быть в ней уверен. При всех сложностях нынешнего времени досужие домыслы о гибели «Ско­рой помощи» не имеют под собой решительно никаких оснований.