Банкротство КП — это не только уход от налогов, но и отработанный механизм прикарманивания имущества громады

При обсуждении работы город­ских коммунальных предприятий все чаще поднимается вопрос об их периодическом банкротстве. Плохо это или хорошо? Преступле­ние это или героический подвиг ру­ководителей городских КП во благо громады?

С точки зрения законности, дове­дение предприятия до банкротства является преступлением, которое предусмотрено Уголовным Кодек­сом Украины (ст. 219).

Неприглядны такие действия и с позиции людской морали и со­вести. Директор коммунального предприятия, не плативший отчис­ления (налог) в Пенсионный фонд,

доведя тем самым предприятие до банкротства, лишает своих работ­ников пенсионного стажа, причем, ровно на тот период, каким исчис­ляется задолженность в Пенсион­ный фонд.

Но всегда ли директор виноват в банкротстве коммунального пред­приятия? Можно ли считать его бездарным руководителем и' не­профессионалом, если предприя­тие, которое он возглавляет, в оче­редной раз меняет название? Ду­маю, что нет. Почему? Да потому, что сам директор не может обан­кротить предприятие, в одиночку ему это не под силу. Он не может обанкротить коммунальную структуру, если ему не разрешит это сделать мэр города.

Громада доверяет городско­му голове заключать трудовые договора-контракты со всеми руко­водителями КП города. В контрак­те четко прописано, что директор способствует развитию предпри­ятия, а ухудшение экономических показателей (тем более неуплата налогов и доведение предприятия до банкротства) ведет к расторже­нию контракта, что есть не только право, но и обязанность мэра го­рода. Но, беда громады в том, что наш мэр ей ничем не обязан.

Руководитель КП подотчетен на­логовой инспекции и, следователь­но, она видит результаты руковод­ства вверенным ему предприяти­ем. Государственная налоговая ин­спекция имеет соответствующие механизмы и обязана предотвра­тить банкротство КП.

Во власти налоговой инспекции потребовать от мэра города пре­кратить трудовые отношения (рас­торгнуть контракт) с нерадивым ди­ректором КП,

Особая роль отводится и город- * Ской прокуратуре — Структуре, ко­торая в силу своих полномочий обязана не допускать банкротства государственных и коммунальных предприятий. Государство надели­ло ее правом, более того, обязан­ностью пресекать преступную де­ятельность руководителей КП, на­правленную на доведение пред­приятия до банкротства.

Что является основанием для того, чтобы Хозяйственный суд признал коммунальное предприя­тие банкротом? Прежде всего, это невозможность предприятия вы­полнять взятые на себя финансо­вые обязательства, В нынешних реалиях работы городских КП их банкротство инициируется налого­вой инспекцией либо же Пенсион­ным фондом из-за невозможности КП выплачивать налоги в местный и государственный бюджеты.

Предприятие, накопившее долги по налогам, идет под банкротство и ликвидируется. Вместе со старым названием КП и его печатью спи­сываются также финансовые долги перед государственным бюджетом и Пенсионным фондом. Выходит, что городские КП под прикрыти­ем В.И. Коваленко обкатали кри­минальную схему ухода от налогов? Смешно смотреть, как тужится правительство и Президент, обе­щая поднять зарплаты бюджетни­кам и пенсии пенсионерам. Больно смотреть, как налоговики насилуют мелких предпринимателей, тщетно пытаясь наполнить городской бюд­жет и увеличить отчисления в госу­дарственный.

Имеет место тревожная тенден­ция: при нынешнем мэре город­ским коммунальщикам стало со­вершенно наплевать на налоги. Мэр Коваленко никогда не был эффективным руководителем, но всегда слыл изворотливым поли­тиканом. В частности, в последнее время он взял за правило обвинять во всех бедах государство и прави­тельство. Так, неумение организо­вать восстановление сожженного городского ДК мотивируется «без­ответственностью государства, не­желающего профинансировать эти работы». Низкая заработная плата бюджетников (а то и ее невыплата) объясняется тем же — недофинан­сированием государства. Автопе­ревозчики города, с его слов, стра­дают также через государство, им, видите ли, «держава» не компенси­рует льготы.

Все это лишь хитрые уловки — мэр сам способствует тому, чтобы государство не получило финансо­вые средства, из которых форми­руется государственный бюджет. И это не хула на первое лицо, пото­му что ни один руководитель город­ского КП, который довел предприятие до банкротства, «провернув» схему ухода от уплаты налога, не был уволен мэром города. К при­меру, Евсиков и Каневский. Сколь­ко лет они сидят в креслах дирек­торов коммунальных предприятий, регулярно меняя их названия?!

Покрывая должностные наруше­ния своих подчиненных, Коваленко, не стесняясь, нередко выставляет директоров КП чуть ли не героями, рискующими карьерой и здоровьем во благо громады. Аргументируется все это тем. что неподъемные дол­ги КП — это та тяжесть, которая ло­жится на кошельки абонентов ком­мунальных предприятий. Но это все наглая ложь. В тарифе оплачива­емых нами коммунальных услуг заложены составляющие на по­гашение всех налогов, начисля­емых коммунальному предприя­тию. Дело в том, что лишь директо­ру решать, куда направить получен­ные от нас с вами деньги: на обяза­тельные платежи или на покупку ма­шин и евроремонт своих кабинетов. С каждой сделки по оказанию услуг или покупки технических средств и материалов руководитель КП по­тенциально может иметь откат от 10 до 50 процентов затраченных денежных средств, чего не сдела­ют налоговики и работники Пенси­онного фонда. При таком матери­альном раскладе наши директора КП никогда и не будут платить на­логи. Столь сомнительную деятель­ность должен был бы пресечь мэр. Но в его ли это интересах и не имеет ли и он свои процент от возмож­ных откатов?

Кто-нибудь задумывался над тем, что такое «банкротство КП» в со­временных--условиях? То, что это 4 наглый уход от налогов — факт не­оспоримый. Но есть куда более ве­сомые мотивы доведения предпри­ятия до банкротства.

В процессе банкротства комму­нального предприятия происхо­дят вещи воистину волшебные. При смене названия предприятия, ска­жем, «Колокольчик» на «Дзвоник», запускается так называемый ме­ханизм реорганизации. Происхо­дит переход коллектива с одного предприятия на другое (только на бумаге), а также бумажный пере­вод основных и оборотных средств старого предприятия на новое. Да вот так уж повелось, что перечень основных и оборотных средств, пе­реводимых с предприятия на пред­приятие (со старого на новое}, опре­деляется кучкой заинтересованных лиц. Именно они решают, что нуж­но передать на вновь образованное предприятие, а что оставить на ста­ром предприятии-банкроте.

Все имущество, оставленное на предприятии-банкроте (под его вы­веской), поступает в управление арбитражному управляющему, ко­торый в своей работе должен пре­следовать исключительно благо­родную цель — погашение долгов предприятия-банкрота перед кре­диторами. На мой взгляд, более правильное название арбитраж­ного управляющего — ликвидатор. Он занимается ликвидацией старо­го предприятия и имеет очень ши­рокие полномочия. Он может, и по сути обязан, продать все, что находится у него в управлении — от кан­целярской скрепки и до больше­грузного автомобиля. А вот здесь и начинаются упомянутые выше чу­деса, потому что именно ликвида­тору дано право назначать цену на имущество, оставленное' на балан­се старого предприятия-банкрота. Этот «кудесник» может продать са­мосвал по цене нового велосипе­да, экскаватор — по цене металло­лома. В этой схеме важно, чтобы в процессе ликвидации имущества предприятия была предпринята по­пытка погасить хотя бы незначи­тельную часть долгов'перед мест­ным и государственным бюджета­ми. Незначительную, потому что не для того банкротят коммунальные предприятия, чтобы отдавать все долги, их банкротят, чтобы «кинуть» на деньги государство, а технику и строения, принадлежащие громаде города, «слить» за бесценок сво­им людям. Так от одного предпри­ятия к другому, от вывески к выве­ске распродается наше с вами ком­мунальное имущество.

Вникнув в эту схему беспредела, затрудняюсь сказать, что для мэ­ра и руководителей КП в этой си­туации первично: спустить деньги на откаты и кинуть государство на налоги или же за бесценок «слить» имущество громады? Ясно одно, любое банкротство КО — это вред для жителей города и преступле­ние перед государством. Но, к со­жалению, наши интересы на сегод­няшний день отстаивать некому. Со времени прихода в депкорпус по­слушного депутатского большин­ства мы потеряли городское само­управление и имеем только бес­предельное самоуправство мэра.