В наступившем году эконо­мика, если сбудется офици­альный правительственный прогноз прироста на уровне 4,5% и ее не настигнут новые катаклизмы, перешагнет от­метку в 95% собственного уровня в 2008 г.

Прошлогоднему приросту, как и легкому разогреву, ожидаемо­му в году текущем, помимо неко­торой стабилизации внешней конъюнктуры на металлургичес­кий экспорт, безусловно, способ­ствовала очень низкая сравни­тельная база 2009-го (минус 15,1%), когда по уровню падения Украина стала мировым рекорд­сменом, явив поистине уникаль­ный сценарий экономической депрессии. Проще говоря, рост, который сейчас отражает наша статистика, увы, не более чем восстановительная коррекция после острой фазы.

Однако если взглянуть на си­туацию в более широком диапа­зоне времени, оснований для ве­селья окажется еще меньше: все истекшее десятилетие Страна фактически протопталась на ме­сте. Начальный экономический скачок (тоже восстановительный после резкого спада в 90-х) уже ко второй половине десятилетия сменился новым штопором. Если к началу 2008-го Украина дос­тигла 74,2% уровня собственно­го ВВП в 1990 г., то к концу 2009-го вновь скатилась к 63,3% (точь-в-точь, как в начале 2005-го).

Таким образом, дореформен­ный 1990-й спустя 20 лет так и остался для независимой держа­вы несбыточной мечтой и недо­сягаемым ориентиром. В ближай­шие 10 лет, если экономика бу­дет расти даже темпами первой половины 2000-х (минуя острые кризисы и прочие катаклизмы — например, подступающий внут­ренний коллапс инфраструкту­ры), она так и не догонит саму себя образца 1990-го.

Да, за прошедшее 20-летие и у нас, как во всем мире, появились революционные технологии, из­менившие многие качества эко­номики: компьютер, интернет, мобильная связь. Глобальная ин­дустрия производства ширпотре­ба перетекла в третий мир, и часть ширпотреба стала более доступна. Да, «реструктуриза­ция» и перевод экономики на ры­ночные рельсы улучшили стан­дарты жизни определенных, весьма немногочисленных кате­горий сограждан, остальным (т. е. подавляющему большин­ству) посулив лишь иллюзии воз­можности достижения оных В бу­дущем.

Очевидно другое: спасти по­ложение и вытянуть общество из трясины периферии мирового прогресса может только взрыв­ной экономический рост, сопо­ставимый разве что с индустри­ализацией 30-х годов или науч­но- технической революцией 50-60-х.

Впрочем, для этого потребует­ся абсолютно иной тип как эко­номического, как и политическо­го устройства. А точнее — совсем другая страна. В противном случае — повторение топ­тания на месте, но с мас­сой усугубляющихся сис­темных экономических, социальных, инфраструк­турных и прочих проблем.

Печатный станок: кто увел $28 млрд. в офшо­ры?

Первые недели 2011-го ознаменовались очередной серией вза­имных обвинений в эко­номических махинаци­ях между пред­ставителя­ми власти нынешней и пре­жней.

После того, как 18 января было озвучено заявле­ние руководителя ГлавКРУ Петра Андреева о выяв­ленных нарушени­ях в 2008—2009 гг. на сумму более 93 млрд. грн., среди которых и случаи вывода за рубеж капиталов национа­лизированных ком­банков, оппозиция применила избитый пропагандистский прием — «слив» контрсенсаций. А точнее — псевдосен­саций.

Само по себе заявле­ние, как и цифры, озвученные Юлией Тимошенко в минувший вторник, занятны не потому, что поражают масштабами, хотя и не имеют под собой никакой внят­ной доказательной базы, а пото­му, что спровоцировали в инфор­мационном пространстве весьма любопытную полемику.

Итак, первый пункт заявления экс-премьера касался крупных сумм, якобы выведенных в про­шлом году властью (или ее биз­нес-структурами) на офшорные счета.

По словам ЮВТ, недавно она якобы дала поручение оппози­ционному правительству устано­вить причины стремительного повышения цен: «Мы изучили, сколько за 2010 год сделано эмиссии гривни... эмиссия про­ведена на сумму 99 млрд. 671 млн. грн».

«То есть почти половина бюд­жета — это эмиссионные день­ги», — сказала далее экс-пре- мьер. Она убеждена: это говорит о том, что весь 2010 г. «печат­ный станок, который печатал гривни, работал на полную мощ­ность». «Эту эмиссию они отда­ют своим подконтрольным бан­кам в качестве рефинансирова­ния. Потом эти деньги давят на внутренний рынок... и это значит, что цены в стране стремительно растут», — объясняет она.

Далее ЮВТ отметила: «За 2010 год за границу Украины в офшор­ные зоны выведено $28 млрд. 700 млн. Это — цифра, которая це­ликом и полностью тождественна доходам государственного бюджета за 2010 год». Причем, основная часть этих средств — более $26 млрд., — утверждают оп­позиционеры, выведена на Кипр.

ЦИФИРЬ С ПОТОЛКА

ЮВТ, кстати, когда-то фигури­ровавшая по делу о миллиардах долларов, растворившихся в оф­шорах (изъятых со счетов ЕЭСУ), разумеется, не раскрывает, отку­да оппозиционный Кабмин (структура, к слову, теперь де- юре неформальная) заполучал информацию для подобных вы­числений.

А, стало быть, достоверность этих цифр нужно проверять хотя бы на основании простых макро­экономических данных, доступ­ных всем. Даже беглый анализ базовых макропараметров жиз­недеятельности страны за после­дние годы раскрывает не только ряд нестыковок в указанных дан­ных, но и нелицеприятные для экс-власти факты.

Итак, достаточно прикинуть и сравнить: заявленная сумма в $28 млрд. 700 млн. — это по ны­нешнему курсу почти 227 млрд. грн. Да, это в два с лишним раза больше суммы претензий КРУ, озвученных к ЮВТ по поводу уп­равления госказной в 2008— 2009 гг. за пару часов до того, как лидер оппозиции выступила с вышеуказанным заявлением.

Самое интересное: эта сумма почти равняется всей доходной части госбюджета в 2010 г. (254,9 млрд. грн.). Она соизмена доходам государственного бюджета за 2010 год». Причем, основная часть этих средств — более $26 млрд., — утверждают оп­позиционеры, выведена на Кипр.

ЦИФИРЬ С ПОТОЛКА

ЮВТ, кстати, когда-то фигури­ровавшая по делу о миллиардах долларов, растворившихся в оф­шорах (изъятых со счетов ЕЭСУ), разумеется, не раскрывает, отку­да оппозиционный Кабмин (структура, к слову, теперь де- юре неформальная) заполучал информацию для подобных вы­числений.

А, стало быть, достоверность этих цифр нужно проверять хотя бы на основании простых макро­экономических данных, доступ­ных всем. Даж^ беглый анализ базовых макропараметров жиз­недеятельности страны за после­дние годы раскрывает не только ряд нестыковок в указанных дан­ных, но и нелицеприятные для экс-власти факты.

Итак, достаточно прикинуть и сравнить: заявленная сумма в $28 млрд. 700 млн. — это по ны­нешнему курсу почти 227 млрд. грн. Да, это в два с лишним раза больше суммы претензий КРУ, озвученных к ЮВТ по поводу уп­равления госказной в 2008— 2009 гг. за пару часов до того, как лидер оппозиции выступила с вышеуказанным заявлением.

Самое интересное: эта сумма почти равняется всей доходной части госбюджета в 2010 г. (254,9 млрд. грн.). Она соизмерима уже с объемом со- вокупных золотова­лютных резервов — около $34 млрд.! Кто, как и зачем мог выве­сти такие суммы за пределы страны?

Впрочем, курс нацвалюты в течение 2010 г. оставался «железобетонным» — 7,8—7,9 грн. за дол­лар, без ощутимых колебаний. Более того, несмотря на всевозможные методо­логичес­кие про- б л е м ы доморо- щ е н н о й статистики, увеличение потребитель­ских цен, ко­торое неиз­бежно должно было бы пере­расти в гипер- инфляцию (если, конечно, следовать вер­сии ЮВТ), в 2010 г. отчего- то оказалось меньше, чем в 2009-м и,. тем более, — в 2008-м.

Напомним: в прошлом году, по данным Гос­комстата, инфля­ция составила 9,1%, что стало одним из самых низких показа­телей за последние шесть лет. И в то же время, по отчетам Гос­комстата, годом ранее инфляция достигала 12,3%, а в 2008-м, — 22,3% (рекордный показатель с середины 90-х годов).

Известно, что на конец про­шлого года Нацбанк осуществил эмиссию (т. е. выпуск средств в оборот за вычетом их изъятия из обращения) в объеме около 36 млрд. грн., что в целом не выше темпов предыдущих лет (с уче­том номинального роста цен, т.е. денежных оборотов в эконо­мике). Преобладающий объем средств, выпускавшихся в обра­щение (свыше 90%), направлял­ся на покупку иностранной валю­ты с целью пополнения золото­валютных резервов НБУ. Объем собственных резервов Нацбанка с начала года увеличился более чем на $5 млрд.

Что же касается озвученной цифры в $28,7 млрд., то следов подобного вывода капиталов нам отыскать не удастся ни в процес­се анализа прямых статистичес­ких выкладок, ни при перекрест­ной сверке озвученных цифр. На то, что цифры ЮВТ взяты с по­толка, указывает хотя бы то, что $28,7 млрд. — это почти треть номинального размера ВВП Укра­ины (около $115 млрд. за 2009 г.). Если бы такую сумму кто-то умудрился изъять из экономики страны, она пережила бы потрясения похлеще 2008-2009 гг. (-15% ВВП).

Да, деньги заходят и выходят из страны посредством много­миллиардных экспортно-импорт- ных операций. То же самое про­исходит во время операций не­резидентов, которые заводят ин­вестиции и затем изымают при­быль, заработанную в Украине. Конечно, уже два десятилетия как деньги из страны вывозятся и теневым, и полулегальным спо­собами. Личные счета в западных банках (на черный день) имеют и, очевидно, систематически по­полняют представители олигар­хии, состоятельные политики, коррумпированные чиновники. В целях минимизации налогообло­жения посредством фиктивных сделок выводят в офшор часть оборотов и крупные отечествен­ные корпорации.

Однако $28,7 млрд. — это все- таки объем, который мог бы иметь место только в случае, если бы весь крупный бизнес вме­сте взятый вдруг взял и вывел свои капиталы из страны. При­чем, если учесть, что объемы со­стояний отечественных олигар­хов в рейтингах все же оценоч­ные и вычисляются с учетом ры­ночной стоимости их активов, то, чтобы вывезти такую сумму и живыми деньгами (скажем, в че­моданах), олигархия должна была бы распродать все заводы и фабрики. И еще найти покупа­телей на все это добро по рыноч­ной стоимости. Однако никаких признаков столь масштабных пертурбаций не наблюдалось.

Эксперты Нацбанка проводят регулярный мониторинг движе­ния крупных объемов капитала через границу, подсчитывают платежный баланс и даже вычис­ляют объемы наличной валюты на руках у населения. Высчиты­вают в НБУ и такой показатель, как «непродуктивный отток капи­тала» — объемы недополученной выручки за экспорт товаров и услуг, оплата за непоступивший импорт (т. е. полулегальные транзакции с целью ухода от на­логов), платежи по фиктивным операциям с ценными бумагами и т. д. Так, несколькими месяца­ми ранее НБУ опубликовал оцен­ки данного показателя: за восемь месяцев 2010 г. такой «непродук­тивный отток» составил лишь около $17 млн.

Однако в предыдущие годы этот показатель был гораздо зна­чительнее: $6,9 млрд. — в 2004 г., $3,5 млрд. — в 2005-м., $4,4 млрд. — в 2006-м, $5,3 млрд. — в 2007-м, $2,1 млрд. — в 2008 г. Отток сократился до $218 млн. в 2009 г. Да, объем прямых инвестиций из Украины в про­шлом году составил около $700 млн., вложения резидентов в за­рубежные ценные бумаги — $16 млн., а увеличение зарубежных активов украинских банков (в виде депозитов и внешних кре­дитов) — $1,069 млрд. Впрочем, природа такого «оттока» вполне понятна: компании во всем мире занимаются инвестированием в другие страны. И украинский биз­нес тут не исключение.