Во вторник, 28 декабря 2010 года, Апелляционный суд Херсонской области приговорил к пожизненному заключению обвиняемого по делу о нашумевшем убийстве художника Александра Бережного и его жены. Этого решения долго ждали близкие, родные и коллеги художника. Но адвокаты осужденного говорят о его невиновности и будут подавать кассационную жалобу в Верховный суд Украины.

Кровавая среда

Убийство Александра Бережного и его супруги в сентябре 2009 года шокировало не только Херсонщину, но и всю Украину. Супругов убили особо жестоко: с помощью молотка и ножа. Найти виновного для милиции было делом чести. Тогдашний министр внутренних дел Юрий Луценко взял ход расследования под свой контроль. В скором времени стражи порядка задержали подозреваемого. Им оказался близкий друг семьи Бережных, который ранее уже был судим за убийство своей жены. После “отсидки” он часто наведывался в квартиру художника, помогал ему в организации выставок. Как установило следствие, девятого сентября, примерно в 9 часов 40 минут, друг семьи пришел к Бережным обсудить предстоящую выставку. Они стали спорить, потом спор перешел в ссору. Разозлившись, гость девять раз ударил хозяина молотком по голове. После чего направился на кухню, где одним ударом свалил с ног хозяйку. Там же он взял нож и добил супругов. Орудия преступления он выбросил в мусорный бак, а ключи, которыми закрыл квартиру, разбросал по городу.

Версия защиты

В суде Геннадий Сумиленко (имя и фамилия изменены) отказался признавать свою вину в двойном убийстве. Как оказалось, в уголовном деле не все так гладко. Вот версия защиты, которую представил один из адвокатов подсудимого:

– Геннадий Сумиленко наведался к Бережным девятого в среду. Это случилось примерно в 9 часов 30 минут. Двери на лестничной клетке, как и входные, были открыты. Когда Сумиленко зашел в квартиру, то обнаружил два трупа. Испугавшись, что все подозрения падут на него, он не стал вызывать милицию. Взял с тумбочки ключи, закрыл за собой дверь и удалился прочь. Ключи потом разбросал по городу. В четверг, 10 сентября, к Геннадию домой пришли сотрудники милиции и пригласили пройти в Суворовский райотдел. До 3 часов ночи милиционеры разговаривали с задержанным. После – отпустили. Но к 11 часам следующего дня по «указанию» правоохранителей он снова посетил Суворовский райотдел. В этот раз Геннадия Сумиленко задержали по подозрению в убийстве.

Доказательства обвинения

У моего подзащитного,– продолжает защитник осужденного,– были хорошие, дружеские отношения с семьей художника. Еще до заключения Геннадий дружил с Татьяной Бережной, так как их матери были врачами и работали в одной больнице. После освобождения Сумиленко всегда был званым гостем в семье художника. Поэтому мотива их убивать у него не было. Прокуратура же в качестве доказательств предъявляет протокол допроса с признанием моего подзащитного. Но все это признание явно проходило под физическим давлением милиции. В том состоянии, до которого его довели в милиции, угрожая ему засунуть швабру в “одно место”, мой подзащитный мог признаться в чем угодно. (Прокуратура области проверила вышеизложенные факты, но они не нашли подтверждения – прим. авт.). Также следствие не установило точной даты убийства супругов. В заключении экспертов написано: смерть наступила за два дня до начала экспертизы. С таким документом мы не можем назвать дату гибели. Прокуратура считает, что это девятое сентября. В квартире у Бережных были найдены отпечатки пальцев трех неизвестных лиц. Откуда они там взялись, и кто эти люди – следствие не устанавливало. Люди в погонах не рассматривали и иные версии убийства: кому в финансовом плане была выгодна смерть Александра и Татьяны. Все эти и многие другие обстоятельства по делу порождают огромные сомнения в виновности моего подзащитного.

Дочь художника с решением херсонского правосудия согласна и считает, что именно Геннадий С. жестоко убил ее родителей. Но все же, пока решение Фемиды не вступило в законную силу, назвать его виновным в двух смертях мы не можем. Так кто же он – этот Геннадий Сумиленко – безжалостный убийца или жертва системы украинского правосудия? И ответит ли на этот вопрос Верховный суд Украины – покажет время.