В 14 городах Украины на минувшей неделе побывали участники «Марша жизни» — около 200 жителей немецкого города Тюбингена, потомки нацистов, чьими руками творился Холокост. Николаев не стал исключением, ведь на территории Николаевской области, по предварительным подсчетам, фашистами были уничтожены 200 тысяч евреев — стариков, женщин, детей. Уничтожены не потому, что они что-то сделали или не сделали, а просто потому что они — евреи. Вот за это сегодняшние немцы и просили прощения как у живых свидетелей Холокоста, так и у их потомков.

7 августа представители еврейской общины Николаева и участники «Марша жизни» собрались на старом городском кладбище, где в сентябре 1941 года были расстреляны за один раз 5 тысяч евреев. Немцам было тяжело говорить, но они это сделали — фактически они покаялись за своих предков, о «деятельности» которых во время войны сами узнали не так давно.

Один из участников международного движения «Марш жизни», представитель немецкой религиозной организации Гидо Каш назвал николаевцам имя человека, который в годы войны не только организовывал на территории Николаевской области расстрелы евреев, но и лично в них участвовал, — штурнбанфюрер Пауль Цаб, уроженец Тюбингена. К слову, именно Тюбинген «дал» около 300 самых ярых организаторов и участников Холокоста в годы Второй мировой войны. Дед Гидо Каша в 1944 году был на территории Николаевской области, но никогда не рассказывал своему внуку о том, что он здесь делал. Молодой немец сам узнал об этом, направив специальный запрос в немецкие архивы. «Я как немец, как внук деда хотел бы попросить у евреев и украинцев прощения за всю боль и смерть, которая была принесена сюда. Мне очень жаль, что это произошло», — срывающимся голосом сказал Гидо Каш.

Другой молодой немец, Кристиан Николс, поведал иную историю. Его дед не был на фронтах Второй мировой, но имел непосредственное отношение к распределению рабов — остарбайтеров, угнанных в Германию с территории Украины. Кристиан показал маленькую старую фотографию 25-летней женщины по имени Марфа, жительницы Украины, которая работала в семье деда Николса. По мнению этого молодого немца, просить прощения за то, что сделали его соотечественники в годы войны должен не какой-то политик, а простые граждане нынешней Германии. «Я хочу смиренно попросить у вас прощения. Этого никогда больше не произойдет», — сказал Кристиан Николс.

После публичного покаяния немцы подарили всем членам еврейской общины по красной розе, а Гидо Каш пожал старикам руки. Сложно сказать, отвечали ли николаевцы на это рукопожатие без содрогания. Некоторым из присутствующих удалось пережить расстрелы, однако воспоминания о прошлом живы в их памяти. Елизавета Яровацкая была совсем маленькой, когда в Николаеве расстреливали ее соплеменников, многого тогда не понимала. Но она помнит. «В это трудно поверить, это трудно простить. Но если молодежь Германии сумела осознать трагедию, есть вера в то, что этого больше не повторится», — сказала живая свидетельница Холокоста.

Ответственность за Холокост взяли на себя и представители нескольких христианских конфессий. По словам священника римско-католической церкви отца Петра, церковь в то время могла бы сделать больше, чем она сделала. Ведь уничтожали мирное население люди, у которых в сердце вроде бы был Бог. Но настоящий христианин, уверены пасторы христианских конфессий, не мог сделать того, что было сделано. Поэтому завершился митинг особой молитвой — молитвой-покаянием за всех христиан, которые организовывали и участвовали в Холокосте.

«Марш жизни» старается сорвать завесу молчания с того, что на самом деле происходило в годы Второй мировой войны. Да, фашисты уничтожали и румын, и цыган, но самые большие потери понесли именно представители еврейской нации — Холокост забрал жизни половины всех евреев, живущих на земном шаре. Этот торжественный митинг на месте расстрела евреев (присутствовавший на митинге городской голова Владимир Чайка пообещал, что к осени здесь появится памятный знак жертвам Холокоста) еще раз заставил ощутить, насколько хрупок мир и насколько разрушительна межнациональная рознь. Это не должно повториться.